Слышишь ли ты меня?

Оглядываясь назад и проходя сквозь века вновь в будущее, можно увидеть, как менялось сознание человека, его кругозор и отношение к музыке. Начиная со средних веков, богобоязненный человек обращался к Господу как к отцу-наставнику, творя для него, творя для верующих людей. Музыкальные каноны, подобно Евангелию были неоспоримыми, но благодаря различным трактовкам они не были однозначными, что способствовало изменению сознания со временем. Как бы человек не был стеснен границами жестких условий, если есть хоть одно маленькое окошко, он найдет способ выбраться из него. Божественное вмешательство не было заметным, поэтому на смену Небесам пришел Новый открытый мир – со всем его великолепием, гуманностью, болью и страданием - многогранностью. Это была музыка от человека для людей: для всех и никого конкретно. Церковь потеряла свои позиции диктатора, и перед лицами композиторов открылось новое пространство. В поисках нового вдохновения мир был изучен вдоль и поперек, заставляя человека вновь обратить свой взор к небесам. И если Бог и фигурировал в творчестве композиторов, то уже в виде безграничного необъятного космоса. Музыка не Мира, а Вселенной  завладела сердцами людей. Шумы, диссонансы, акустика и электроакустика – все смешалось в едином потоке и улетело далеко за пределы Солнечной системы. Композиторы вселенной увлеклись звездами и холодным-холодным пространством, забыв, что перед ними стоит обычный человек – со своим миром, душой и пустотой: со своим космосом.